?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry



На вопросы отвечает председатель Совета директоров
международного ценового агентства Argus Media

Эдриан Бинкс

Турция

Г-н Бинкс, как развивается нефтегазовый сектор Турции?

– За последние десятилетия Турция зарекомендовала себя как надежный канал транзита нефти и газа из соседних стран Каспийского бассейна и Ближнего Востока на мировой рынок. Однако в первую очередь Турция сама является крупным потребителем углеводородов, удовлетворяя внутренний спрос на нефть и газ в основном за счет импорта. Причем потребность страны в энергоносителях усиливается благодаря высоким темпам экономического роста. Турция активно развивает инфраструктуру для удовлетворения внутренних нужд, что положительно сказывается и на ее транзитном потенциале. Также Турция использует новые возможности по перевалке нефти – постепенное сближение Анкары с региональным правительством Иракского Курдистана позволило организовать поставки нефти с контролируемых курдами месторождений в порт Джейхан и далее на мировой рынок по новому нефтепроводу, который пролегает по территории полуавтономного региона. Турция также способна значительно увеличить объемы транзита газа в рамках проектов «Шах-Дениз-2», TANAP и TAP. Поставки природного газа и СПГ из Северного Ирака, Восточного Средиземноморья, Казахстана, Туркменистана, России и Ирана через Турцию в ближайшие годы могут вырасти. Но это во многом будет зависеть от меняющейся геополитической обстановки. В целом, благодаря соглашениям о транзите, Турция сможет играть заметную роль в развитии спотового рынка газа и стать региональным торговым хабом. Потенциал этой страны как ключевого маршрута транзита газа в Италию и Юго-Восточную Европу также позволит ей влиять на рынки энергоносителей на севере и западе континента и послужит эффективным инструментом энергетической политики. Перспективы устойчивого роста спроса на газ в Турции будут способствовать развитию тесных отношений между газовыми компаниями и правительством страны. Однако негативное отношение Анкары к вопросу независимости Курдистана может помешать проектам по экспорту газа через территорию этого региона.

Правительство Турции проводит постепенную либерализацию газового сектора и уже приняло ряд важных мер в этом направлении. С начала 2013 года импортом российского газа в объеме 10 млрд куб. м/год по западному маршруту стали заниматься частные компании, в то время как ранее закупки контролировала госкомпания Botas. Достигнута принципиальная договоренность с Россией об увеличении на 3 млрд куб. м/год поставок по газопроводу «Голубой поток» мощностью 16 млрд куб. м/год. Турецкие власти хотят, чтобы импортом дополнительных объемов также занималась частная фирма. В то же время правительство внесло изменения в закон, регулирующий газовый сектор, передав проект в парламент для обсуждения. Законопроект, в частности, предусматривает разделение Botas на три компании, которые будут отвечать за транспортировку, торговлю и хранение газа, что в перспективе предполагает сокращение доли рынка, контролируемой госкомпанией. Помимо изменений в законодательстве, турецкое правительство планирует отказаться от субсидий на внутреннем рынке газа и перейти к модели, в большей степени отражающей рыночные реалии, что позволит повысить конкурентоспособность СПГ по отношению к трубопроводным поставкам газа.

Новый закон о нефти, принятый в 2013 году, способствовал росту интереса к геологоразведочным работам в Турции со стороны зарубежных инвесторов и госкомпании TPAO, которая наращивает активность в регионе. Основная цель закона – снизить зависимость страны от импорта топлива и сократить огромный дефицит счета текущих операций. TPAO, в случае положительных результатов разведочного бурения, планирует начать добычу сланцевого газа на юго-востоке Турции совместно с компаний Shell.

Многие инвесторы обеспокоены состоянием турецкой экономики, учитывая ослабление национальной валюты по отношению к доллару США, растущую инфляцию, рост процентных ставок и замедление экономического развития. Кроме того, Турция оказалась вовлеченной в кризис, охвативший Ближний Восток. Пока это не оказало заметного воздействия на транзит. Однако напряженная обстановка на юге страны в связи с деятельностью «Исламского государства» является основным вопросом на повестке дня Анкары. Турция оказалась на переднем крае борьбы с исламистами, учитывая ее протяженную границу с Сирией и Ираком. Страна принимает огромное количество беженцев из этих стран. Кроме того, из-за деятельности «Исламского государства» осложняются отношения Турции с ключевыми партнерами: Россией, Ираном, Сирией, Ираком, США, государствами Ближнего Востока и Египтом. Сегодня страна сталкивается с множеством дипломатических рисков, а неспокойная ситуация на юге Турции может ограничить возможности для развития нефтегазового бизнеса.

Ливия

– Что происходит последнее время в Ливии?

– Ливия располагает крупнейшими доказанными запасами нефти в Африке, а также обширным нефтегазовым потенциалом. Однако воспользоваться этим в полной мере страна не может – после свержения три года назад режима Каддафи в Ливии идет непрекращающаяся борьба за власть. Страна превратилась в арену противоборства двух правительств и множества вооруженных группировок в лице бывших военных, с одной стороны, и исламистов на юге Ливии – с другой. И сейчас Ливия стоит на грани распада и полномасштабной гражданской войны. Нефтяные объекты стали мишенью боевиков, которые блокируют работу месторождений и экспортных терминалов, выдвигая политические лозунги и требуя от правительства денежных выплат. Пока власти страны не в состоянии восстановить довоенный уровень добычи, который достигал 1,6 млн барр./сут. В августе народное ополчение Мисураты, которое входит в альянс нескольких исламистских группировок, захватило Триполи и учредило собственное правительство. Это правительство, возглавляемое Омаром аль-Хаси, взяло под контроль ряд правительственных зданий в ливийской столице, включая штаб-квартиру национальной нефтегазовой компании NOC. Также оно контролирует официальный сайт NOC, телеканал и веб-сайт информационного агентства Lana, веб-сайт премьер-министра Ливии. Предыдущее правительство во главе с Абдаллой ат-Тани было эвакуировано в Тобрук, 28 сентября приведено к присяге и одобрено международно-признанной палатой представителей. Однако в его составе нет министра нефти, так как обязанности по управлению нефтяным сектором Ливии были возложены на NOC. На данный момент, несмотря на сохраняющуюся политическую напряженность, объем добычи нефти в стране держится на уровне 900 тыс. барр./сут. Благодаря снятию блокады боевиков с ключевых экспортных терминалов Эс-Сидер и Рас-эль-Ануф, которая продолжалась более года, производство нефти с сентября резко выросло. Геологоразведочные работы были приостановлены рядом зарубежных нефтяных компаний по соображениям безопасности. Однако сохранить текущий уровень добычи можно силами местных сотрудников. Правительство в Тобруке пока работает над новым законом, регулирующим нефтяную отрасль, который позволил бы привлечь инвестиции в добывающий сектор Ливии. Проведение тендера на выдачу лицензий на геологоразведочные работы, планировавшееся еще в 2013 году, было отложено на неопределенный срок. Ситуация в Ливии слишком нестабильна для иностранных инвесторов.

Поставки ливийского газа в настоящее время значительно менее надежны, чем при режиме Каддафи. Экспорт сжиженного природного газа прекращен, а трубопроводные поставки в Италию осуществляются с перебоями из-за политических и технических проблем, связанных с неспокойной обстановкой в стране. Это сказывается в первую очередь на итальянском рынке, который, в свою очередь, оказывает влияние на цены в других странах Европы, так как, чтобы компенсировать нехватку поставок из Ливии, иногда Италия импортирует газ из северо-западной части континента.

Египет

– Каковы оказались последствия «арабской весны» для нефтегазовой отрасли Египта?

– После свержения в 2011 году президента Хосни Мубарака энергетический сектор Египта остается крайне неустойчивым. Добыча газа на месторождениях поздней стадии выработки сокращается на 20% в год и не успевает за потреблением, растущим ежегодно на 4–5%. Объем производства газа в июне составил 3,85 млрд куб. футов в сутки, снизившись на 16% к аналогичному периоду годом ранее. Египетские власти пытаются вернуть в страну иностранных инвесторов, однако успех этих усилий зависит от сокращения задолженности перед нефтяными компаниями. Министерство нефти уже выплатило зарубежным компаниям 1,5 млрд долларов. Последняя крупная выплата в сравнимом размере была сделана правительством Египта в декабре прошлого года, и остаток задолженности в настоящее время составляет 4,9 млрд долларов. Власти страны достигли договоренности с компанией Dana Gas из ОАЭ о выплате долга на сумму примерно 300 млн долларов к 2018 году в обмен на разрешение увеличить продажи газоконденсата. Однако пока не ясно, сумеет ли египетское правительство заключить аналогичные сделки с другими компаниями. Сумма просроченной задолженности страны перед зарубежными добывающими компаниями выросла с 1,5 млрд долларов в 2010-м до 6,3 млрд к концу прошлого года. Впрочем, недавний тендер на разработку египетских месторождений, в числе победителей которого были итальянская Eni, французская Total, британская BP и германская RWE, показал, что страна всё еще привлекательна для зарубежных инвесторов.

После обнаружения крупных запасов газа Египет наращивал экспорт, одновременно стимулируя увеличение внутреннего потребления. Однако рост добычи не поспевал за спросом еще до событий «арабской весны». Экспортная политика правительства подвергалась справедливой критике как недальновидная и не учитывающая усиление спроса на внутреннем рынке. На данный момент правительство Египта намерено начать импорт СПГ для удовлетворения потребностей страны в газе. Каир рассчитывает, что в декабре текущего года вступит в строй плавучая установка по хранению и регазификации СПГ, и планирует проведение тендера на заключение трехлетнего контракта на поставку газа. Министерство нефти Египта уже подписало предварительное соглашение с алжирской госкомпанией Sonatrach на поставку пяти партий СПГ и достигло договоренности с российскими компаниями «Газпром» и ЛУКОЙЛ о дальнейших отгрузках топлива. Кроме того, Каир изучает возможность трубопроводных поставок газа с шельфовых месторождений Израиля.

Шансы России

– Как вы оцениваете перспективы деятельности в регионе российских нефтегазовых компаний?

– Российские «Газпром нефть» и ЛУКОЙЛ уже активно участвуют в разработке нефтяных запасов на юге Ирака. Однако нефтедобывающий сектор Саудовской Аравии – крупнейшего производителя в регионе – закрыт для зарубежных инвесторов, в том числе российских. Возможности для иностранного участия в нефтегазовом секторе Кувейта ограничены предоставлением технических услуг по повышению нефтеотдачи на некоторых «сложных» месторождениях, однако, по-видимому, предпочтение в этом секторе будет отдано западным компаниям. Российских компаний также нет среди претендентов на участие в проекте Adco в Объединенных Арабских Эмиратах. Возможная отмена международных санкций в отношении Ирана, основным условием которой является достижение договоренности с Тегераном относительно иранской ядерной программы, откроет ряд возможностей в нефтегазовом секторе страны для российских инвесторов.

– Каких последствий следует ожидать в случае дальнейшей дестабилизации ситуации на Ближнем Востоке?

– Исламистов удалось остановить на границе районов, контролируемых курдами, нефть из которых продолжает поступать на международные рынки, несмотря на протесты Багдада, стремящегося сохранить полный контроль над экспортом иракской нефти. Вместе с тем мы видим, что война, разразившаяся в Сирии, охватывает соседние страны. В настоящее время деятельность «Исламского государства», объединяющего суннитов, может спровоцировать формирование в Ираке вооруженных отрядов самообороны среди шиитов при поддержке Ирана. Шииты могут атаковать силы «Исламского государства» с двух фронтов – на севере при помощи боевиков «Хезболлы» в Сирии и на юге силами иракских шиитов. Это грозит дальнейшим разрастанием войны в регионе. Вероятнее всего, Ирак будет разделен на три части – шиитский юг, суннитские центр и север и Иракский Курдистан. В таком виде страна не сможет служить буфером между шиитским Ираном и суннитскими государствами Ближнего Востока. На севере растущее напряжение между Турцией и курдами, а также между суннитами и шиитами может блокировать потенциальные маршруты экспорта. На юге может усугубиться недовольство суннитскими властями шиитского меньшинства в Саудовской Аравии и шиитского большинства в Бахрейне, что увеличивает риск эскалации противостояния в регионе между двумя ветвями ислама. Эти страхи были основным фактором сдерживания этническо-религиозного конфликта в политике ближневосточных государств. Пока сохраняется баланс в этих странах, действия «Исламского государства» не будут угрожать нефтяным рынкам и ценам. Но разрастание нестабильности на Ближнем Востоке усиливает геополитические риски для поставок углеводородов и дает основания опасаться, что мировой рынок может быть отрезан от более чем половины глобальных запасов нефти и газа.

Беседу вел Денис Кириллов


Начало интервью здесь: http://pan-ikota.livejournal.com/297832.html

Profile

iggi
pan_ikota
Самуил Эдмундович Шмулевич-Хреновский

Latest Month

September 2017
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Powered by LiveJournal.com