?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Европейский сюр




На вопросы отвечает
совладелец голландской инновационной компании Eye on Air BV

Юрий Удалов

Проект «Великая Европа»

– Юрий Борисович, что представляет собой Европа с вашей точки зрения, как человека, который давно живет и ведет бизнес в европейском регионе, является гражданином одной из европейских стран и, соответственно, видит всё происходящее изнутри?
– Ситуация выглядит всё более и более сюрреалистично, что в последнее время особенно бросается в глаза. Начнем с того, что Европа, которая, кстати, почему-то не считает европейской Россию, в целом всё больше походит на социалистический лагерь, а Евросоюз приобретает всё больше схожих черт с Советским Союзом. Причем не в период расцвета, а скорее времен излёта СССР. Теперь уже не так важно, что именно стало последней каплей для начала стремительного падения Советского Союза, а вместе с ним и соцлагеря – предательство, глупость, давление извне или всё вместе взятое. Но сегодня совершенно очевидно, что они пали жертвами ханжества, лицемерия и непрофессионализма правящих элит, а также идеологических шор, в которые сами себя загнали. Ровно этот же путь сейчас повторяют Европа и Евросоюз, с той лишь разницей, что критическая точка тут пока не пройдена.




Будь то Российская Империя, СССР или Российская Федерация, Европа всегда недолюбливала Россию, относясь к ней с опаской, но в то же время восхищалась ее самобытной культурой и завидовала ей (скорее, территории и ресурсам, «доставшимся не тем»). Поэтому, с одной стороны, всеми силами боролась, чтобы уничтожить «этого монстра», который угрожает всему «прогрессивному человечеству», с другой – лелеяла мечту самой превратиться во что-то большое. Возможно, даже в еще бóльшее, чем Советский Союз, – в некое общеевропейское государство «Великая Европа». В «оптимистическую» пятилетку 1985–1989 годов многим даже казалось, что эта мечта вполне может стать реальностью, причем в обозримой перспективе. Небывалую популярность тогда стала приобретать так называемая теория конвергенции, предполагающая, что социалистический мир будет становиться более либеральным, а капиталистический – более социально направленным, в результате чего появится некое общее образование на базе всего лучшего из двух этих миров. В то время впервые после де Голля о единой Европе от Ла-Манша до Тихого океана заговорил тогдашний председатель Еврокомиссии Жак Аттали.

Однако СССР рухнул, и этой мечте так и не было суждено сбыться. Ослабевшую же Россию не стали рассматривать в качестве возможного равноправного члена будущей «Великой Европы», зато признали «тюрьмой народов», которую следовало разделить на множество отдельных, независимых друг от друга бантустанов.

– Так или иначе, но проект создания объединенной Европы был запущен. Насколько он оказался успешным?
– Сначала процесс европейской интеграции шел в соответствии со вполне понятной логикой, базирующейся прежде всего на экономической целесообразности. Было создано Европейское экономическое сообщество (ЕЭС), в которое вошли страны, прекрасно представлявшие себе, что именно им надо и как получить синергетический эффект от такого взаимодействия. Достаточно сказать, что среди них были Германия, Франция, Италия и страны Бенелюкса, а потом и Великобритания. Стремление расширять этот союз до разумных пределов было вполне понятно и оправдано – хотелось дальше расти и развиваться. Поэтому сначала, в конце 1950-х годов, объединение включало шесть государств, затем увеличилось до девяти, а к середине 1990-х – до пятнадцати. Пока в этом был реальный смысл, ни у кого не возникало лишних вопросов. Однако когда экономическая целесообразность отошла на задний план, логика дальнейшего расширения сообщества стала теряться.

Между тем наращивание числа членов Европейского союза (ЕС), созданного на основе ЕЭС в 1992 году, превратилось в идею фикс. И теперь стран ЕС – 28, хотя вполне очевидно, что ставка сделана уже не на качество участников, а на их количество. Так, если включение в состав объединения Греции, Испании и Португалии хоть и вызывало некое недоумение, все-таки не сильно портило общую картину, то присоединение к ЕС стран Прибалтики, Болгарии и Румынии не оставило никаких сомнений, что количественные показатели набираются фактически любой ценой. Не говоря уже о начале обсуждения и подготовки интеграции в Евросоюз таких стран, как Грузия с Молдавией, Босния с Албанией или Сербия с Украиной, что вообще остается за рамками здравого экономического смысла.

Еврочиновники твердят как мантру, что Европа благодаря этому создаст для себя огромный единый свободный рынок сбыта в 500 млн человек, что больше, чем в США, где порядка 325 млн жителей. Однако почему-то умалчивают некоторые детали. Например, что вся экономика Украины меньше, чем Северной Голландии, одной из провинций Нидерландов. Это значит, что в действительности такие страны, как Голландия, Германия и Франция, будут вынуждены взять на иждивение еще пол-Европы. В результате судьба Евросоюза в перспективе будет схожа с участью Советского Союза, пытавшегося содержать за свой счет полмира.

О чем думают в Европе?

– Такая политика негативно сказывается на экономике государств ЕС?
– Безусловно. Тем более что с 2008 года Европа, как и весь мир, живет в условиях глобального экономического кризиса. Первые волны кризиса европейцы встретили довольно бодро, по-кейнсиански. Активно принялись осуществлять меры по стимулированию экономики. Благо, что деньги на это тогда были. Но на что они пошли? Допустим, муниципалитет голландского городка, в котором я живу и работаю, бросил все средства на то, чтобы вдоль проходящей здесь железной дороги вырыть по обе стороны декоративные пруды. Директор Центрального бюро планирования Голландии признал, что более идиотского применения антикризисным инвестициям было сложно придумать. Удивительно, но в Европе этот случай не стал каким-то исключением. Так, за счет средств Фонда регионального развития Евросоюза, предназначенного для реализации крупных инфраструктурных проектов, в Голландии построили очередной антикризисный мостик. А в Польше, например, профинансировали создание развлекательного парка. Правда, потом выяснилось, что место, выбранное для строительства, оказалось крайне неудачным. Во-первых, новый парк расположен слишком далеко от всех крупных городов. Во-вторых, буквально в 15-ти минутах от него уже есть другой парк, который также построили в рамках программы стимулирования европейской экономики. И теперь неясно, что со всем этим делать.

Между тем деньги вложены и кто-то, по-видимому, даже получил прибыль от реализации столь полезных для Европы антикризисных проектов. Однако оказалось, что кризис почему-то не проходит. Более того – он усугубляется. А тут еще посыпалась экономика Испании, Португалии, Ирландии, Греции. И вот здесь, когда на поверхность выплыли ошибки политики Евросоюза, энтузиазм европейцев как-то резко поутих.
Ведь почему на грань банкротства попала, допустим, Греция? До вхождения в ЕС эта страна не отличалась развитой экономикой, да и вряд ли ее можно было назвать сильно надежным партнером. Но она хотя бы старалась жить по средствам. После же ее вхождения в Евросоюз евро заменило греческую драхму, стоимость кредитов в Греции резко упала и греки пустились во все тяжкие их набирать. В 2004 году греки провели Олимпиаду, ни в чем себе не отказывая. А когда наступил мировой кризис, оказалось, что экономика Греции совсем плоха. Мало того: если, например, ирландцы в аналогичной ситуации смогли туго затянуть пояса, чтобы выбраться из долговой ямы, то у греков, похоже, даже и желания-то такого нет.

И тут возникает справедливый вопрос: а о чем, интересно, европейцы думали раньше? И даже не тогда, когда нужно было следить за греческими расходами уже внутри Евросоюза, хотя и это было бы не лишним, а когда только собирались принимать Грецию в ЕС. Если вообще говорить о членах ЕС, то Греция – далеко не самая большая проблема Евросоюза. В результате экономический кризис в Европе продолжается. Пусть сегодня здесь и чуть легче, чем пару лет назад, но света в конце тоннеля не видно. Поэтому можно только гадать, чем руководствуются европейцы, собираясь продолжать расширение ЕС за счет таких стран, как Сербия или Украина.

Конец справедливости

– А за счет чего в основном Евросоюз пытается решать экономические проблемы?
– После не слишком успешных попыток стимулировать экономику европейцы не стали придумывать ничего нового и пошли по самому простому пути максимального сокращения затрат на социальный сектор. Свертываются социальные программы и выплаты, увеличивается пенсионный возраст, наращиваются налоги и сборы.

Во времена Советского Союза и социалистического лагеря одним из результатов противостояния Запада распространению коммунистических идей стала реализация широкомасштабных социальных реформ во всей Европе и появление множества социальных гарантий в западноевропейских странах. С развалом СССР исчезла и необходимость в поддержании высокого уровня социальной справедливости. И если до начала текущего мирового кризиса свертывание социальных обязательств в Европе шло постепенно, то теперь этот процесс ускорился.

Так, в Голландии, например, опережающими темпами осуществляется пенсионная реформа. Предполагается, что в результате ее реализации к 2021 году пенсионный возраст повысится до 67 лет, как для мужчин, так и для женщин. При этом размер пенсий будет исчисляться не из расчета 70% от средней ставки зарплаты за последние пять лет трудовой деятельности, а 50% от средней ставки за всё время работы. То есть разница будет гигантская. Между тем пенсионные фонды уже много лет подряд или не индексируют пенсии, или уменьшают процент выплат. Потому что для простого выполнения пенсионных обязательств требуется уровень покрытия пенсионных накоплений в 107%, а для индексации – 135%. Но пенсионные фонды не способны поддерживать этот уровень, потому что живут главным образом за счет игры на фондовых биржах, вложений в государственные облигации и недвижимость, рента по которым крайне мала. Так, в среднем по Европе она близка к нулю, а в Германии вообще со знаком минус. Из-за этого степень гарантированности выплат пенсий в Европе тоже весьма невелика.

Сворачивание социальных программ в Европе ведется на фоне снижения всеобщего благосостояния под предлогом того, что экономика должна быть экономной. Как итог – растущая безработица, особенно на юге Европы.

– Создается впечатление, что социальные пособия в ЕС – самые высокие в мире.
– Это было давно и неправда. На самом деле их очень сильно сократили. Например, в Германии сегодня на человека, который долго остается безработным, приходится лишь около 364 евро в месяц. Конечно, дополнительно выплачиваются какие-то пособия на квартиру, минимальная страховка, но на жизнь – вот такие суммы. В то же время досужие немецкие журналисты подсчитали, что на еду беженца расходуется в день от 11 евро (в Берлине) до 16 евро (в Мюнхене). А безработный немец может себе позволить питаться лишь на 4,72 евро в день.

– Получается, что финансовая помощь беженцам больше, чем собственным гражданам? Почему?
– Вразумительного ответа на этот вопрос не дает никто. Говорят о гуманитарных соображениях и международных обязательствах. Это чистой воды пиар. Впрочем, привлекательные пособия для беженцев существуют далеко не во всем Евросоюзе, а преимущественно в Германии и Скандинавии. Надо заметить, что по большому счету в целом для европейцев все эти беженцы пока не являются такой уж большой проблемой, ведь их не так много. Но поток не иссякает, у них, мягко говоря, совсем другой менталитет и они вовсе не горят желанием интегрироваться в европейское общество, а тем более ассимилироваться. Скорее, они хотят изменить европейское общество под себя, активно пользуясь всеми его благами. Поэтому сегодня мы наблюдаем, как под Европу закладывается мина замедленного действия, которая неизбежно рванет в будущем.

Лишить суверенитета

– Неужели патриотические силы в европейских государствах не пытаются отстаивать национальные интересы своих стран и народов?
– Пытаются, но пока не слишком успешно. Чтобы создать тот самый дивный общеевропейский рынок в 500 млн человек, о котором мы уже говорили, и беспрепятственно пользоваться всеми его благами, Евросоюзу нужно иметь полный контроль над ним. А этому как раз очень мешают национальные правительства, которые, с точки зрения ЕС, бессовестно вмешиваются в фискальную и социальную политику своих стран, регулируют экономические процессы и так далее. Единственная возможность сделать так, чтобы таких безобразий впредь не происходило, – лишить суверенитета все страны Евросоюза в пользу Брюсселя.

Собственно, на ослабление регулирующих функций государственных систем и передачу их органам, действующим в системе ЕС, и направлены сегодня основные усилия еврочиновников. Не так давно председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер открыто заявил, что очень неправильно, что президенты и правительства европейских стран прислушиваются к своим избирателям. Слушать, по его глубокому убеждению, надо только еврочиновников, которые уж точно лучше всех знают, что необходимо каждой европейской стране. И именно из Брюсселя нужно жестко определять всю европейскую политику – от начала и до конца.

Поэтому сегодня в Европе многие боятся, что это действительно произойдет, так как еврочиновники постепенно начинают всё больше вмешиваться в дела суверенных государств вопреки их национальным интересам. Допустим, пенсионные фонды Голландии находятся на втором месте в мире по объему накоплений на душу населения, после Японии. Составляют они порядка 1,4 трлн евро и находятся под жестким контролем государства. И вдруг Европарламент принимает решение, что пенсионные фонды не должны ограничиваться рамками одного государства, а должны свободно переходить в любые другие страны Евросоюза.

– Чем это чревато?
– Голландия потеряет над ними контроль, а кто и как этим воспользуется – неизвестно. Соответственно, страна вообще может лишиться этих средств. У нас уже был случай, когда строительство и обслуживание социального жилья решили вывести из-под контроля государства и передать полугосударственным корпорациям, чтобы сделать этот сектор более эффективным и прибыльным. К примеру, Stichting Vestia Groep, наделенной правами частной компании. Результаты не заставили себя долго ждать. Директор Vestia Эрик Стаал начал вкладывать средства в различные рисковые операции, в результате чего государство навсегда потеряло свыше 3,5 млрд евро. По сравнению с ним директор другой корпорации из Амстердама, организовавший себе за счет компании «служебный автомобиль» Maserati с шофером, кажется мелким жуликом.

Лично я – не сторонник слишком жесткого контроля со стороны государства, но ведь совсем без контроля нельзя. Практика показывает, что если полностью полагаться на то, что невидимая рука рынка сама всё отрегулирует, то обязательно найдется тот, кто на этой слепой вере хорошо заработает. К сожалению, это аксиома. А в случае, если такое произойдет не в рамках одной страны, а на уровне целого Евросоюза, то можно предположить, что потом вообще не найдешь виноватых.

Кто танцует Европу

– Всё это наводит на мысль, что ЕС действует вовсе не в интересах европейских стран. Но тогда в чьих?
– Де-юре Евросоюз как бы независим. Однако де-факто с большой долей вероятности можно предположить, что европейцы пали жертвой дурной политической идеологии, навязанной им из-за океана. Дело в том, что США собирают силы для широкомасштабного противостояния с Китаем за глобальное доминирование. Причем, как вы понимаете, речь идет не только о том, чтобы как можно больше людей поставить под ружье. В связи с этим американцам необходимо и полное подчинение Европы, которое они и стараются получить через жесткий контроль над Евросоюзом. Ускорить этот процесс должно подписание соглашения о трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве TTIP. Речь о таком соглашении шла уже давно, с начала 1990-х. С 2013 года лоббирование этой темы резко набрало обороты. А в настоящее время американцы уже требуют, чтобы оно было незамедлительно ратифицировано. Делается это явно с выкручиванием рук потенциальным партнерам, в том числе и в Европе. Просачивается информация, что противникам TTIP американцы недвусмысленно намекают на карательные санкции. Например, на введение повышенных пошлин на европейские автомобили.

TTIP предусматривает «гармонизацию» различных сфер деятельности участников соглашения, включая экономическую, социальную, экологическую, информационную системы и так далее. А по сути предполагает переход на американские стандарты. В частности, если соглашение будет подписано, порядка 1,5 тыс. пестицидов и гербицидов, которые разрешены в США, но запрещены в Европе, будут легализованы на европейском рынке. То есть для Европы это полная катастрофа.

– Подписание TTIP приведет к полному подчинению Европы Соединенными Штатами?
– Самое интересное, что в действительности контроль над европейской экономикой получат не Соединенные Штаты, а транснациональные корпорации, большая часть которых, конечно, базируется в США. Есть, например, такая часть соглашения TTIP, как ISDS. Она регулирует судебные тяжбы между государствами и частными компаниями. И если это будет подписано, а некоторые страны уже сами на это пошли, то, допустим, транснациональная биотехнологическая компания Monsanto может подать в суд на голландское правительство за то, что в Голландии запрещены генетически модифицированные продукты. Суд находится не в Голландии и не в Европе, а в Нью-Йорке. В нем – шесть мудрых судей, которых неизвестно кто и на каких основаниях назначает. Они принимают решения, против которых никто в мире не может подать апелляцию. То есть оспорить их решение просто невозможно.

Естественно, Европу стараются убедить, что европейские компании также могут подать в суд, если посчитают, что американские корпорации ущемляют их права. Однако далеко не каждая компания осилит расходы на такие судебные разбирательства – от 8 до 30 млн долларов. Венгры, болгары и турки, согласившиеся с юрисдикцией ISDS, уже вкусили «плоды Фемиды».

Особенно с учетом того, что в случае подачи жалобы в Нью-Йоркский суд вступительных взносов им не вернут, независимо от исхода дела. Так что закладывается основа под то, что в Европе, да и не только, всё будут решать крупные транснациональные корпорации. Для этого и ведется активное стирание границ, в том числе европейских государств.

– Зачем брать Европу под полный контроль, если она и так идет в фарватере политики США и транснациональных корпораций?
– Дело в том, что пока европейская политика совпадает с американской не всегда. Происходит это всё реже и реже. Так, в США очень серьезно ограничена деятельность российского и китайского бизнеса. А в Европе китайские компании, в отличие от российских, в последние годы успешно скупают многие различные активы. При этом отношение европейцев к этому более чем доброжелательное. Очевидно, что поставлена цель, чтобы Европа копировала американские стандарты всегда, везде и во всём.

Кризис представительной демократии

– Как Европа противостоит всему этому давлению и каковы шансы на сохранение ею своего суверенитета?
– Если говорить о TTIP, противодействие ему идет достаточно мощное. Свою роль в этом сыграло и то, что соглашение с самого начала было покрыто тайной. Когда европарламентарии с ним знакомились, они подписывали обязательства о неразглашении с возможными санкциями, если они допустят утечку. Такой подход сильно обеспокоил европейцев, ведь это как бы демократическая процедура, в детали которой почему-то решили посвятить лишь избранных. Поэтому текст документа все-таки стал достоянием гласности. Допустим, у нас в Голландии его вывесили в интернете в открытом доступе, несмотря на все запреты. Сегодня далеко не все европейские партии выступают за TTIP, да и в тех, что его поддерживают, далеко не все члены с ним согласны. Подана петиция на проведение в Европе референдума, который позволит большинству европейцев выразить мнение относительно TTIP и заблокировать его подписание. По состоянию на июнь текущего года по всей Европе было собрано 3,5 млн подписей за референдум. Наибольшую активность проявляют жители Германии – их голоса составили 2190% от норматива, необходимого для организации референдума. В Австрии этот показатель достиг 1060%, в Голландии – 564%, во Франции – 649%, в Великобритании – 916%. Но выявилось и несколько черных овец. Так, в Эстонии было собрано лишь 64% из необходимых 4,5 тыс. подписей, в Литве – 38% из 8,25 тыс., в Латвии – 22,8% из 6 тыс.

Что касается центробежных настроений в Евросоюзе, то скорее они проявляются не на уровне стран, а на уровне отдельных политиков и партий. При этом жители Старой Европы более критично относятся к ЕС, так как начинают задумываться над тем, надо ли им и дальше кормить недавно присоединившихся. Например, политику Евросоюза поддерживает лишь 39% французов, но 81% поляков, так как последние получили 106 млрд евро из уже упомянутого Фонда регионального развития ЕС на семь лет в рамках программного горизонта 2020. Между тем кардинальных изменений в Европе в отношении ЕС ожидать не следует. Не думаю, что какие-то страны, кроме Великобритании, действительно решатся голосовать за выход из этого союза. Но тенденция такая есть. И сейчас растет популярность новых партий, выступающих за выход из ЕС.

– А как вы оцениваете шансы Германии на независимость?
– Независимость Германии – кошмарный сон для США и Великобритании. Тем более что все прекрасно понимают, что в интересах Германии активно развивать взаимодействие с Россией и Китаем. Этого просто никто не позволит сделать. В этом смысле есть повод вспомнить «канцлер-акт», о котором писал немецкий военный и государственный деятель Герд-Хельмут Комосса. Думается, это вовсе не из области теории заговоров, а вполне реально существующий инструмент контроля Германии американцами.
Но движение есть. Не зря же немцы начали потихоньку забирать к себе свой золотой запас. Достигнут большой прогресс: впервые за долгие годы немецкого золота в Нью-Йорке стало меньше, чем в Германии (1347,4 т, или 39,9%, хранится в Нью-Йорке; 196,4 т, или 5,8%, – в Париже; 434,7 т, или 12,9%, – в Лондоне; 1402,5 т, или 41,5%, – во Франкфурте). Для сравнения: золотой запас России составляет сейчас 1246,6 т, а в СССР эта цифра максимально достигала 2800 т.

– Чего следует ожидать в Европе в ближайшее время?
– Всё идет к кризису представительной демократии в Европе. Европейцы вдруг начали голосовать не так, как от них требуется. Голландцы, например, дважды это сделали. Первый раз – когда дружно провалили европейскую конституцию в 2005 году. Второй – когда выступили против ассоциации с Украиной. Но в итоге конституцию протащили под названием «Лиссабонские соглашения». А мнение относительно Украины голландские власти пока решили вообще не учитывать. И так происходит не только в Голландии. Простым людям это всё меньше нравится, из-за чего тенденция смещения европейского общества в сторону прямой демократии всё больше укрепляется. Референдумы в Европе показывают, что народ там не так глуп, каким его пытаются представить, чтобы заменить мнение миллионов людей позицией нескольких представителей, якобы отстаивающих интересы большинства. И это несмотря на мощную пропагандистскую машину США, Великобритании и Евросоюза.
Беседу вел Денис Кириллов

Recent Posts from This Journal

Profile

iggi
pan_ikota
Самуил Эдмундович Шмулевич-Хреновский

Latest Month

September 2017
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Powered by LiveJournal.com